ак нас найти
Официальный сайт
  • 28 июня
  • 23 сентября

ДЕНЬ ПАМЯТИ АЛЕКСАНДРА ВОЛОДИНА

НА БОЛЬШОЙ СЦЕНЕ ДОМА АКТЕРА (Невский пр. дом 86)
СПЕКТАКЛЬ ЗАПИСКИ НЕТРЕЗВОГО ЧЕЛОВЕКА

НА БОЛЬШОЙ СЦЕНЕ ДОМА АКТЕРА (Невский пр. дом 86)

ВХОД СВОБОДНЫЙ  


ПОСЛЕДНЕЕ ПРИБЕЖИЩЕ ПИСАТЕЛЯ...
Он скончался 17 декабря 2001 года, в понедельник, под утро, в Девятой горбольнице на Каменном острове. Накануне, поздним вечером я пришел его навестить...
Убогая больница в эти часы казалась еще более безрадостной. В стылых коридорах, безлюдных и сизых от какого–то особого мучнистого света, стояла тишина. В распахнутых дверях многих палат виднелись остовы кроватей со свернутыми матрацами вперемежку с пятнами людских фигур в серых халатах... Я добрался до нужной палаты и заглянул в распахнутый дверной проем...
Он лежал на левом боку, свернувшись калачиком под суконным солдатским одеялом, уткнувшись лицом в стену под рыжим сырым пятном. Он спал... На щербатой тумбочке подле кровати стояла пустая бутылка из-под кефира, валялся огрызок черствой булки. Я присел на край кровати, огляделся. Вторая кровать скалилась оголенной железной сеткой и свернутым рулоном матраца. На облупленном подоконнике пластался забытый кусок бинта и шприц...
Саша спал. Я раздумывал: будить его или не стоит, сон больного то же лечение. Выложив на тумбочку принесенный сок, сыр, печенье и отварную курицу, я поискал глазами соль, но не нашел...
Минут десять я посидел в нерешительном ожидании. Где-то под полом скреблась какая-то тварь, я шумно подтянул ноги, скрежет прекратился. Маленький сверток-тельце Саши казалось куда меньше в сравнении с такой знакомой мне фигурой. И беззащитней. Не той беззащитностью спящего, а иной, трагической беззащитностью его судьбы...
Из коридора донеслись женские голоса. Выглянув, я увидел свет в дверях палаты наискосок, через коридор. Три женщины в домашних халатах как-то по-птичьи сидели на своих кроватях. Мое присутствие в больнице в это глубокое вечернее время их удивило. Я спросил, есть ли у них немного соли, хотелось бы оставить соль больному, какая курица без соли... Соль нашлась... Еще я спросил, знают ли они кто лежит в палате наискосок, через коридор? Женщины ответили, что лежит какой-то старичок, его привезли “по-скорой”... Заслышав от меня, что старичка зовут Александр Моисеевич Володин, женщины переглянулись между собой и безучастно пожали плечами, им и своих забот хватало. Но когда я озвучил названия произведений, написанных старичком, женщины заохали, не поверив. Как!? И “Осенний марафон”? И “Пять вечеров”? И... и... и... И такой человек лежит в этой больнице, где крысы бегают даже во время врачебного обхода, сокрушались женщины. Где валидола не докричишься. А все лекарства больным приносят из дома, кто сможет... Женщины пообещали присмотреть за знаменитым старичком и вручили мне спичечный коробок с солью.
Просидев еще с полчаса, я, так и дождавшись пробуждения Саши, решил отправиться домой с тем, чтобы проведать его завтра, днем. И постараться увести его отсюда в более приличное место, а лучше домой, как увозил его из Больницы Ветеранов войны или из той же “бехтеревки”. Дома ему было лучше всего... Но не успел. Утром, позвонив в справочную больницы, я узнал, что Александр Моисеевич Володин, мой стародавний товарищ, умер... Такие вот, дела.

Илья Штемлер, писатель.